Роль Казанской окружной лечебницы в развитии психиатрической службы России во второй половине XIX века

Контактная информация:

Созинов Алексей Станиславович — доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент АН РТ, ректор КГМУ Адрес: 420012, г. Казань, ул. Бутлерова, д. 49, Тел.: +7 (843) 236-06-52, E-mail: Rector@kgmu. kcn. ru

1 июля 2019 г. исполняется 150 лет Республиканской психиатрической больнице имени академика В. М. Бехтерева. На основании архивных данных и литературных источников в статье анализируется организация психиатрической помощи в Казани в конце XIX в. На основе описания земских домов для умалишенных обоснована актуальность учреждения Казанской окружной лечебницы и приведена история ее создания. Научные и практические взгляды первого руководителя лечебницы А. У. Фрезе определили современные принципы работы Казанской окружной лечебницы. Описаны проблемы, с которыми пришлось столкнуться А. У. Фрезе в первые годы работы больниц^!, его попытки их решения. Анализируется принципы работы больниц^! под руководством Л. Ф. Рагозина, сменившего Фрезе на посту ее директора. Сравниваются их взгляды на деятельность лечебницы. Анализируется доступность лечебницы для соседних губерний в конце 90-х гг. XIX в., когда в окружную лечебницу был открыт беспрепятственный доступ для больных, направляемых Казанским земством.

Ключевые слова: История психиатрии, земская психиатрия, окружная лечебница, Фрезе.

(Для цитирования: Созинов А. С., Зиганшин Ф. Г., Митрофанов В. А. К 150-летию Республиканской клинической психиа­трической больницы имени академика В. М. Бехтерева. Практическая медицина. 2019. Том 17, № 3, С. 11-18)

DOI: 10.32000/2072-1757-2019-3-11-18

A. S. SOZINOV1, F. G. ZIGANSHIN2, I. A. MITROFANOV1

1 Kazan State Medical University of the Ministry of Health of the Russian Federation, Kazan

2 Republic Clinical Psychiatric Hospital of the Ministry of Health of the Republic of Tatarstan, Kazan

The role of Kazan District Hospital in the development of psychiatric care in the second half of the 19th century (To the 150th anniversary of the Republic Clinical Psychiatric Hospital)

Contact details:

Sozinov A. S. — D. Sc. (medicine), Professor, Corresponding member of the Academy of Sciences of the Republic of Tatarstan, Rector of Kazan State

Medical University

Address: 49 Butlerov St., Kazan, Russian Federation, 420012, Tel.: +7 (843) 236-06-52, E-mail: Rector@kgmu. kcn. ru

July 1, 2019 marks 150 years of the Republic Psychiatric Hospital named after Academician V. M. Bekhterev. Based on descriptions of district asylums, the article substantiates the necessity of organization of Kazan district hospital and presents its history of creation.

PjYCHDBTRy

The scientific and practical views of the first head of the hospital A. U. Frese determined the goals and principles of Kazan District Hospital functioning. The authors describe the problems faced by A. U. Frese in the first years of the hospital functioning, and his attempts to solve them. Then the authors analyze the principles of L. F. Ragozin who became the director after A. U. Frese. They also analyze the accessibility of the hospital at the end of the 19th century for all patients referred by Kazan district council.

Key words: History of psychiatry, regional psychiatry, district mental hospital, Frese.

(For citation: Sozinov A. S., Ziganshin F. G., Mitrofanov I. A. The role of Kazan District Hospital in the development of psychiatric care in the second half of the 19th century (To the 150th anniversary of the Republic Clinical Psychiatric Hospital). Practical Medicine. 2019. Vol. 17, № 3, P. 11-18)

Открытие Казанского окружного дома умалишен­ных (первое название Казанской окружной лечеб­ницы) (рис. 1) 1 июля 1869 г. ознаменовало но­вый этап организации психиатрической службы и оказало значительное влияние на развитие отече­ственной психиатрии. Идея создания центральных психиатрических учреждений появилась в начале 1840-х гг. По указанию Министра внутренних дел Л. А. Перовского чиновники Министерства провели осмотр домов умалишенных, находящихся в веде­нии губернских Приказов общественного призре­ния. В 1842-1844 гг. Директор медицинского де­партамента МВД А. А. Рихтер лично провел ревизию психиатрических учреждений и заключил, что все дома умалишенных переполнены неизлечимыми помешанными и идиотами, и что необходима ско­рая и коренная реформа призрения душевноболь­ных [1].

В 1846 г. при Министерстве внутренних дел был создан комитет с участием врачей, который пришел к выводу, что Приказы общественного призрения не способны по финансовым возможностям решить проблемы призрения душевнобольных самостоя­тельно. Было предложено вместо губернских до­мов для умалишенных строить окружные дома на 100-250 больных по одному на 6-7 губерний. Из — за высокой стоимости проекта окружных лечебниц лишь в начале 1860-х гг. было решено «в виде опы­та» построить первый окружной дом в Казани [1].

Министерство внутренних дел выбрало Казань неслучайно, поскольку Приказы Общественного призрения, с 1803 г. подчинявшиеся хозяйствен­ному департаменту МВД, в Казанской губернии об­ладали более значительными средствами, необхо­димыми на строительство лечебницы [2]. Важным фактором стало наличие в Казани университета. Постройка лечебницы в университетском городе была полезной не только для учебных целей, но и давала новые возможности в развитии научной и практической психиатрии.

В 1862 г. по проекту архитектора П. Т. Жуковско­го началось строительство первого в России Казан­ского окружного дома умалишенных. В том же году ученик В. Ф. Саблера, доктор медицины Александр Устинович Фрезе (рис. 2), опубликовал работу «Об устройстве домов умалишенных» и отправился в но­вую заграничную командировку для более деталь­ного изучения строительства и функционирования психиатрических лечебниц Европы [3]. А. У. Фрезе было поручено не только изучить структуру психи­атрических больниц разных стран, привезти планы возможных вариантов постройки подобных учреж­дений, но и научиться новейшим способам лечения душевнобольных. После возвращения из зарубеж­ной командировки А. У. Фрезе 16 апреля 1864 г. был командирован в Казань для ознакомления с ходом строительства, а уже 5 июня этого же года был на­значен директором будущей больницы.

До строительства окружной лечебницы психиа­трическая служба Казани, как и в большинстве дру­гих губерний России, находилась в ведении При­казов общественного призрения, которые после реформы 1864 г. перешли губернскому земству.

Первый в Казани дом умалишенных, принадле­жавший Приказу общественного призрения, был открыт 1810 г. [2] и размещался в одном из част-

Ных домов на Кузнечной улице (в настоящее вре­мя ул. Пушкина) с прилегающей к ней Кузнечной площадью («Ленинский садик»). После городских пожаров 1842 г. душевнобольных разместили в частных домах, а основную группу «особо возбуж­денных и опасных для общества» больных пере­вели в район Плетеней на мыльные заводы в один из домов1, принадлежащих Приказу общественного призрения. Казанский дом умалишенных до 1864 г. находился под наблюдением только надзирателей. Врач навещал больных лишь изредка, в свободное от основной работы время. В разные годы осмотр душевнобольных проводили преподаватель фель­дшерской школы штаб-лекарь Франк, отставной лекарь Иордан [4].

А. У. Фрезе приехал в Казань в 1864 г. и пытался исправить это положение. Он первым принял за­ведование домом умалишенных, не требуя за это платы от земства, но 22 ноября 1866 г. заявил о сложении с себя полномочий, объяснив конфлик­том с требованиями властей [1]. Доктор медицины Фрезе, направленный в Казань как один из веду­щих специалистов, знакомый с современными ме­тодами диагностики и лечения душевнобольных, был категорически не согласен проводить прием и выписку больных только по освидетельствованию в общем присутствии губернского правления, что считал «оскорбительным и не имеющим никакого смысла» [1].

По данным доктора Соколова, возглавившего земский дом умалишенных после А. У. Фрезе, не­удовлетворительное содержание больных в зем­ском доме умалишенных продолжалось и следую­щие годы. Так, в отчете за 1869 г. он сообщал, что отделение остается переполненным: «Количество больных, непропорциональное с помещением, име­ло очень неблагоприятное влияние как при специ­альном лечении их, так и вообще в гигиеническом отношении» [1].

В 1879 г. в отчете ревизионной комиссии было написано: «Если положение человека, лишивше­гося рассудка тяжело вообще, то оно должно быть невыносимо в таком здании как земский дом ума­лишенных. Старое, дурно вентилируемое здание с темными узкими коридорами, с низкими и сырыми отдельными камерами производит подавляющее впечатление» [1].

Подобное состояние домов умалишенных было характерно не только для Казанской губернии. Ко­миссия Полтавского земства описывала дома ума­лишенных в первый год после передачи от Прика­зов общественного призрения следующим образом: «Служители обращаются с больными как со стадом животных, приводят их к порядку силою кулака; в доме часто раздаются крики: «Есть хочу». В Твер­ском земском собрании 1871 г. после осмотра дома умалишенных «один из гласных» заявил, что он согласился бы видеть несчастных душевноболь­ных «скорее в клетках, чем в том положении, в котором они находятся». Служащие Таврического земства называли помещения больных «каземата­ми», «тюрьмами» и положение их описывали как «оскорбляющее человеческое чувство» [6].

Психиатров стали приглашать работать в дома умалишенных только после передачи их земству (1867 г. — Курск, 1878 г. — Вологда, 1879 г. — Ко­строма) [7]. Несмотря на это, в 1887 г. П. А. Ар­хангельский, осмотревший дома умалишенных в 11 губерниях России, везде отметил недостаток врачебного надзора [6].

Для Казанского земства наиболее благоприят­ным решением вопроса о содержании душевно­больных был их перевод в строящийся Министер­ством внутренних дел Казанский окружной дом умалишенных. Впервые они подняли этот вопрос сразу после его открытия в 1869 г. Министерство внутренних дел отказалось их принять, пояснив, что проект создания окружных лечебниц поручал вновь созданным правительственным учреждениям вести лечебную деятельность. Земские дома умали­шенных при этом должны сохраняться и брать на себя функцию призрения больных, «неподающих надежду на выздоровление» [2].

Самостоятель­

Казанское земство пыталосьно улучшить содержания хронических больных. В 1869-1870 гг. Губернское собрание выделило дополнительные 6 тыс. рублей на переоборудо­вание помещения и постройку летних бараков, но это было недостаточным. На заседаниях Собрания земство предложило построить новый дом умали­шенных на 75 кроватей, но после составления про­екта и оценки стоимости строительства губернские власти отказались от этой идеи [1]. 16 октября 1875 г. они обратились к А. У. Фрезе. В прошении они предлагали полностью передать Земский дом

1 Этот дом умалишенных был учрежден в 1853 г. [2]. Здание сохранилось до настоящего времени как один из корпусов завода «Радиоприбор». Рядом с ним расположен жилой дом по адресу: ул. Сайдаше — ва, 15, где в 1853-1887 гг. находились хозяйственные службы Казанского дома умалишенных [5].

Psychiatry

Для умалишенных в ведение Казанской окружной лечебницы с условием ежегодной выплаты сумм на его содержание. В переписке с Министерством вну­тренних дел решение этого вопроса затянулось, и неудовлетворительное содержание больных в зем­ском доме умалишенных сохранялось все последу­ющие годы вплоть до его закрытия.

П. А. Архангельский, проводивший осмотр Казан­ского земского дома умалишенных в Плетенях в 1887 г., охарактеризовал его следующим образом: «Все помещения по объему удовлетворительны, но носят мрачный вид вследствие ветхости, непри­способленности и отсутствию всякого изящества. По-видимому, все направлено к одному, чтобы все было крепко массивно, но нельзя сказать, чтобы безопасно^ Врач при заведении не живет, а только наезжает; больные остаются на попечении фельд­шера и надзирателя». Условия ухудшали неисправ­ная вентиляция и отсутствие водопровода [6].

Казанская окружная лечебница под руковод­ством А. У. Фрезе выдвинулась в ряд лучших психи­атрических учреждений России. Он писал, что при постройке больницы «по мере возможности избегал всего того, что могло бы дать лечебнице мрачный характер места заключения^ Дом умалишенных — не есть острог, а помешанный — не есть преступ­ник» [8].

Торжественное открытие больницы состоялось 1 июля 1869 г. Оно было широко освещено в печа­ти, на нем выступили профессор И. М. Балинский, принимавший активное участие в проектировании лечебницы, директор медицинского департамента МВД Е. В. Пеликан, попечитель Казанского учебного округа П. Д. Шестаков. В своей речи А. У. Фрезе под­черкнул лечебный характер нового учреждения: «Было же время, когда дом умалишенных не без ос­нования считали сборищем всевозможных мучений несчастных больных; когда на помешанных смотре­ли с презрением и отвращением и заковывали их цепями! Озираясь кругом, мы вздохнем свободно. Казанский окружной дом умалишенных перед нами является блестящею победой гуманности и науки над невежеством и суеверием. Он является пло­дом прогресса, и тем более достопамятного, что не допускает возврата к старому времени. Казанский окружной дом умалишенных наглядно осуществля­ет те научные принципы, которые, признавая за че­ловеком жалкое преимущество помешаться, в то же время представляют ему все средства лечения^ По­мешательство, как ни бурно его проявление, есть ни что иное, как болезнь, и кто раз только усвоил себе истину положения, что помешанный — человек больной, а дом умалишенных — лечебница, тот уже не станет утверждать, что помешательство когда — либо обесчестит человека!» [9].

А. У. Фрезе придерживался этого принципа все последующие годы. В 1873 г. он добился переиме­нования окружного дома умалишенных в Казан­скую окружную лечебницу [10], а 15 ноября 1875 г. ввел «Положение о Казанской окружной лечебнице во имя Божьей матери всех скорбящих», в котором закрепил, что лечебница предназначается преиму­щественно для душевнобольных, подающих надеж­ду на выздоровление. Для неизлечимых больных он отвел лишь десятую часть общего числа мест, то есть не более 20 [11]. В отчете за первые десять лет работы лечебницы А. У. Фрезе обосновал целесо­образность этого принципа. Он отметил, что среди 1800 больных, поступивших за этот период, 30% были выписаны с выздоровлением. Анализируя ка­тегорию «первично-заболевших», Александр Усти­нович констатировал, что среди них выздоровле­ние наблюдалось в 65% случаев [12]. Критериями необходимости помещения в Казанскую окружную

Лечебницу являлись непродолжительность течения заболевания (не более 6 мес. с начала) и первич­ность обращения. Через год пребывания в стацио­наре, если не наступало улучшение, больных необ­ходимо было переводить из окружной лечебницы в местные дома для умалишенных Губернского зем­ства или отправлять на попечение родственников или опекунов.

А. У. Фрезе важное место отводил реабилитации больных в лечебнице (рис. 3). Он писал: «Для за­нятий и развлечения больных окружной лечебни­цы служили столярный верстак, токарный станок, бильярд, рояль, шахматы, шашки, карты, книги, журналы и пр.». По воскресеньям и празднич­ным дням больные посещали церковь лечебницы (рис. 4). Для занятий с пациентами в штате боль­ницы были предусмотрены мастера, учителя, са­довники [12].

Профессор Фрезе отмечал, что среди всех заня­тий особенно успешно больные занимались чтени­ем: «Не только грамотные читали охотно, но и из неграмотных некоторые принимались за азбуку». При лечебнице была своя библиотека (рис. 5), ко­торой могли пользоваться как врачи, так и боль­ные [12]. Сложности в проведении трудовой реа­билитации больных возникали в связи с тем, что по условиям положения о лечебнице в стационар госпитализировались острые больные, которые в своем состоянии не могли быть использованы в трудовом процессе.

А. У. Фрезе сообщал, что если на женской по­ловине больницы многие «довольно удовлетво­рительно занимались разным рукоделием», а по временам различными хозяйственными занятиями, то среди мужчин «редко находился больной, от­личающийся трудолюбием^ Больные простого зва­ния уговаривались на работы по огороду, дворам и садам (чистка дворов, уборка снега и пр.). Лишь только отдельные личности, знающие какое-либо ремесло, занимались им в заведении» [12].

В 1873 г. министр внутренних дел России гене­рал-адъютант Тимашев после посещения Казан­ской окружной лечебницы в своем отчете указал: «_хотя Лечебница отлично устроена и правильно содержится, но число незанятых в ней мест столь значительно, что содержание больных обходится очень дорого. Отделения же для душевнобольных при губернских больницах крайне неудовлетвори­тельны и более похожи на места заключения, чем на лечебные учреждения^» [13]. В конце 1870-х гг. лечебницу посетил директор медицинского депар­тамента МВД Е. В. Пеликан, который также остался недоволен пустующими койками [13]. «Незапол­ненные» койки сохранялись все годы руководства лечебницей А. У. Фрезе, несмотря на его поездку в августе 1869 г. в приволжские губернии для поис­ка «свежезаболевших» пациентов для лечебницы, обращения к земским управам приволжских губер­ний и Казанской Епархии [14].

Сам А. У. Фрезе причиной небольшого числа по­ступлений в лечебницу считал недостаточную ос­ведомленность населения об ее открытии, а также существующие предрассудки о психиатрических учреждениях. А. У. Фрезе боролся с этими стерео­типами, занимаясь широкой общественной рабо­той. 1 сентября после начала приема больных в лечебницу была издана специальная брошюра [8], где Фрезе описал устройство лечебницы и принци-

Рисунок 5. Библиотека Казанской окружной лечебницы. Фото из личного архива Н. Е. Троиц­кого

Пы ее работы. Тираж составил 300 экземпляров, которые раздавались посетителям лечебницы [14].

В 1876 г. помощник Фрезе И. Х. Акерблом пере­вел с немецкого труд Э. Геккера «Руководство для родственников душевнобольных к правильному обращению с ними до и после помещения их в ле­чебницу». А. У. Фрезе был уверен: «Первое сред­ство доставить в окружную лечебницу излечимых больных — это энергичное содействие врачей» [12]. 25 июня 1870 г. он обратился к коллегам в Казанское общество врачей с просьбой направ­лять в лечебницу острых душевнобольных, встре­чающихся в их практике [15]. В 1875 г. А. У. Фрезе опубликовал специальное руководство, где описал основные проявления психических расстройств, принципы их диагностики и отметил, что успех ле­чения психического заболевания зависит от ран­него выявления и своевременной госпитализации больного в лечебницу [16]. Слабая загруженность коечного фонда лечебницы была обусловлена также трудностью доставки в Казань больных из соседних губерний и высокой платой за лечение, которую должны были внести их родственники: от 8 рублей 64 копеек до 13 рублей 26 копеек в месяц [12].

А. У. Фрезе считал, что представителям малообе­спеченных слоев населения, даже после выздоров­ления пережить последствия развития психическо­го заболевания тяжелее вдвойне: «Возвращаясь домой, он находит совершенное расстройство сво­его хозяйства, бедность, долги и, в добавок, с него же требуют плату за его излечение. Приискивая себе занятие, чтобы усиленным трудом выйти из такого положения, он везде встречает недоверие, подозрительность, предрассудки и весьма часто не находит себе работы. Мудрено ли, что убитый го­рем он заболевает вторично и нередко уже здоро­вым не выходит из лечебницы» [12].

Профессор Фрезе предлагал отменить плату за лечение в течение первых трех месяцев и умень­шить ее больным, у которых с момента начала за­болевания прошло не более шести месяцев. Руко­водствуясь принципом гуманизма, он предлагал и экономическую выгоду для государства: «Изле­чение душевнобольных обойдется дешевле при­зрения неизлечимых» [12]. А. У. Фрезе считал не­обходимым проводить реабилитацию амбулаторно, предлагая создавать Общества попечения, оказы­вающие помощь выздоровевшим в первое время после их выписки из лечебницы.

Общественная деятельность Фрезе не осталась незамеченной. Врачи лечебницы вспоминали, что в Казани его имя было нарицательным: «Профессор Фрезе сделался настолько популярным, что среди Казанских жителей укоренились выражения — «от­править к Фрезе», «он был у Фрезе», причем фами­лией Фрезе заменялось название лечебницы» [13].

Одним из первых в России А. У. Фрезе стал при­менять систему «нестеснения больных». С самого начала своей практической деятельности А. У. Фре­зе запретил в лечебнице использование любых физических мер воздействия на психически боль­ных, широко применявшихся в других лечебницах России. Возбужденного больного не связывали, не приковывали к стулу, к кровати, а помещали в от­дельную комнату-изолятор, в которой все стены и дверь изнутри были оббиты толстым мягким ма­териалом, исключающим самоповреждение боль­ного. Кроме того, возбуждение помогали снимать успокаивающие медикаменты [17].

Об успехах Казанской окружной лечебницы пи­сал С. С. Корсаков: «^Первые опыты введения не — стеснения в России были сделаны в Казанской окружной лечебнице доктором Фрезе» [18]. Прин­ципиальная позиция профессора А. У. Фрезе в от­ношении системы нестеснения больных не изме­нилась после покушения на его убийство одним из больных лечебницы. В отчете о работе лечеб­ницы в 1874 г. А. У. Фрезе писал: «Нарушения по­рядка внутри Лечебницы наблюдаемо не было. Отношения призреваемых к врачам были вполне удовлетворительные, большей частью самые от­кровенные. Единственный случай, выходящий из ряду обыкновенных, что было нападение одного больного на Директора Лечебницы в январе ме­сяце 1874 г. Случай этот заключается в том, что больной, одержимый бредом о преследовании по­кусился убить Директора Лечебницы собствен­но для того, чтобы доказать этим поступком свое полное душевное здоровье^ В продолжение всего 1874 г. No-restraint system ни разу не был отме­нен» [19].

П. И. Ковалевский в 1878 г. проходил стажиров­ку в Казанской окружной лечебнице. В некрологе Фрезе в 1884 г. он более подробно описал послед­ствия этого нападения: «В начале семидесятых годов Александр Устинович не избежал того, что грозит каждому психиатру ежедневно. Однажды, обходя лечебницу, он внезапно получил удар же­лезным шкворнем [стержнем] в голову. Череп был проломлен в теменной области, и жизнь его долго была в опасности. С тех пор А. У. начал похвары­вать. Зрение его ухудшалось, а по временам он жаловался и на слух» [20].

Профессор Фрезе Александр Устинович скон­чался 4 февраля 1884 г. В декабре 1883 г. ему диагностировали «катаральную пневмонию». По­следним из врачей 15 января 1884 г. его консуль­тировал профессор-терапевт Н. А. Виноградов, который «высказал предположение за новообра­зование плевры, но какого рода решить не брал­ся, допустив возможность саркомы плевры» [21].

А. У. Фрезе остался в истории психиатрии России не только как первый директор Казанской окруж­ной психиатрической лечебницы. Взгляды Фрезе на психиатрию и психиатрическую помощь оказа­лись весьма ценными для развития науки и прак­тики. В период его работы Казанская окружная лечебница стала вторым центром научной и прак­тической подготовки русских психиатров [22].

В руководимую Фрезе Казанскую окружную ле­чебницу направлялись больные более чем из 40 губерний России. В архивах сохранились письма врачей других областей, адресованные Фрезе с просьбой принять в Казанскую лечебницу боль­ных их земств. Будучи знаком с организацией пси­хиатрической службы за рубежом, Фрезе консуль­тировал постройку психиатрических учреждений и в других городах: Одесса и Киев (1867-1869), Симферополь (1873), Пермь (1874) [21]. В период работы А. У. Фрезе директором Казанской окруж­ной лечебницы критика его деятельности шла в первую очередь от Министерства внутренних дел, для которого стоимость содержания незаполнен­ной лечебницы при пересчете на одного больного достигала 580 рублей в год [23].

Строгие критерии разделения больных на нуж­дающихся в лечении и призрении приводили мно­гих врачей к мнению, что «Казанская окружная лечебница при директоре-профессоре стала при­обретать значение почти исключительно психи­атрической клиники Университета, вследствие чего принципиальное предназначение как окруж­ной почти не выполнялось» [13].

Этого же взгляда придерживался Л. Ф. Рагозин, которой в 1884 . после смерти А. У. Фрезе сменил его в должности директора. Он был убежден в не­возможности совмещения должностей профессо­ра кафедры и директора лечебницы. Предоставив В. М. Бехтереву открыть университетскую клинику на базе лечебницы, сам Л. Ф. Рагозин развил ши­рокую административно-хозяйственную деятель­ность в самой лечебнице. С самого начала рабо­ты он выступил с резкой критикой ее устройства. Он писал: «Громадная стоимость содержания Ка­занской окружной лечебницы дискредитировала в глазах многих самую идею устройства больших центральных домов для душевнобольных» [23].

Л. Ф. Рагозин восстановил отношения с зем­ской управой, и в январе 1886 г. из земского дома умалишенных были переведены в лечебницу все больные женщины, а затем и все мужчины. После перевода последнего больного в Казанскую окруж­ную лечебницу в 1887 г. земский дом умалишен­ных был закрыт [1]. Л. Ф. Рагозин таким образом улучшил условия призрения хронических больных и одновременно уменьшил стоимость их содержа­ния, чем «укрепил доверие правительства» к про­екту окружных лечебниц [13].

После назначения Л. Ф. Рагозина 29 декабря 1888 г. директором медицинского департамента МВД России, окружные лечебницы были построе­ны в Варшаве (1891), Виннице (1896), Виленске (1902), Москве (1907), Томске (1908) [2]. В Казан­ской окружной лечебнице под его руководством, по словам С. В. Курашова: «Лечебная работа была заслонена хозяйственными заботами в связи с «ростом» лечебницы^ он постепенно изживал дух той научно-академической среды, которую куль­тивировал в больнице Фрезе» [24].

После отъезда Л. Ф. Рагозина должность ди­ректора лечебницы занимали врачи Я. А. Бот­кин (1889-1892), В. П. Кузнецов (1892-1896) и В. И. Левчаткин (1897-1914). Они продолжили на­чатую Л. Ф. Рагозиным перестройку и расширение лечебницы. Так, с 1888 г. лечебница была рассчи­тана на 350 больных, в 1900 г. — на 700 больных, 1909 г. — на 1000 человек [17].

Несмотря на постоянное увеличение коечного фонда и строительство новых корпусов, все после­дующие годы лечебница оставалась переполнена за счет больных, направляемых Казанским губерн­ским земством. В 1896 г. на VII Съезде земских врачей казанской губернии ординатор Б. И. Воро­тынский указал, что Казанская окружная лечеб­ница не может вместить даже половины больных, которые требуют содержания в ней. Он отметил: «В Казанской окружной лечебнице, рассчитанной на 350 мест, в настоящее помещается 450 больных и в том числе 220 земских хроников^ будучи пере­полненной, лечебница за последнее время отказы­вает в приеме всем больным не уроженцам Казан­ской губернии. В силу этого все подобные случаи попадают в Казанскую губернскую земскую боль­ницу, которая вынуждена их принимать, не имея в то же время никаких более или менее приспособ­ленных для этого помещений» [25].

Возбужденных больных, по его словам, запира­ли в кладовых комнатах: «В эти комнаты не прони­кает ни одного луча света, ни одной струи свежего
воздуха. Сюда-то и заключают казанских сума­сшедших, тут-то они и томятся по несколько дней. Если таких больных, к тому же беспокойных, в одно время случается несколько (что бывает нередко), и если хоть один из них еще буйный, то земская боль­ница оказывается в осадном положении. окружная лечебница отказывается принимать даже больных с острыми формами помешательства^ Таково по­ложение в Казани душевнобольных уроженцев не Казанской губернии» [26].

На этом же Съезде преемник В. М. Бехтерева по кафедре психиатрии профессор Н. М. Попов под­твердил слова Б. И. Воротынского: «Окружная ле­чебница часто отказывает в приеме таких больных, которые при клиническом лечении выздоровели бы через несколько дней, а неприятие их ведет к не­минуемой смерти» [26]. Несмотря на то, что другие врачи и профессора земской больницы написали коллективное заявление, где подтвердили положе­ние дел, ординатора Б. И. Воротынского вынудили уволиться. Профессору Н. М. Попову администрация больницы запретила читать лекции в ее стенах [27].

Беспрепятственное поступление хронических больных в Казанскую окружную лечебницу сохра­нялось до 1908 г., пока Министерство внутренних дел не ограничило свободную госпитализацию больных от Казанского земства [1]. 7 ноября 1909 г. в Казани было вновь открыто «Убежище для душев­нобольных хроников», и встал вопрос о строитель­стве отдельной земской психиатрической лечебни­цы и колонии для трудоспособных больных [13].

Казанская окружная лечебница во имя Божьей Матери Всех Скорбящих осталась в истории меди­цины как первая отечественная психиатрическая больница, проектирование которой проводилось на основе профессионального изучения принципов организации психиатрической службы, применяв­шихся в то время в лучших клиниках европейских стран. Важную роль в ее становлении и организаци­онной деятельности сыграли профессор А. У. Фрезе и доктор медицины Л. Ф. Рагозин.

С самого начала работы Казанский окружной дом умалишенных служил клинической и научной базой Императорского Казанского Университета, а позже медицинского института (университета) и ГИДУВа (медицинской академии). Совместные исследова­ния сотрудников кафедр и врачей больницы в обла­сти клинической психиатрии и организации психи­атрической помощи населению, начатые во второй половине XIX в., продолжаются до настоящего вре­мени.

ЛИТЕРАТУРА

1. Донсков Н. А. Отчет о деятельности Убежища душевно-боль­ных Казанского губернского земства. — Казань, 1910. — 71 с.

2. Юдин Т. И. Очерки истории отечественной психиатрии. — М., 1951. — 480 с.

3. Фрезе А. У.: Несколько слов о Бисетре и Сальпетриере в Па­риже // Московская медицинская газета. — 1863. — № 13-14.

4. Национальный архив Республики Татарстан, ф. 115, оп. 1, д. 521, л. 29-30.

5. Национальный архив Республики Татарстан, ф. 2, оп. 15, д. 349, л. 1.

6. Архангельский П. А. Отчет по осмотру русских психиатриче­ских заведений. — М., 1887. — С. 225-251.

7. Егорышева И. В. Организация психиатрической помощи в земской медицине (к 150-летию земской реформы) // Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. — 2015. — Т. 22, № 1. — С.60-64.

8. Фрезе А. У. К открытию Казанского окружного дома умали­шенных. — Казань, 1869. — 30 с.

9. Открытие Казанского окружного дома умалишенных // Ка­занская психиатрия. Очерки по истории / авт.-сост. Г. Р. Аухадиева и др. — Казань: «Практика», 2018. — 260 с.

10.Национальный архив Республики Татарстан, ф. 326, оп. 1, д. 54, л. 53-54.

11.Положение о Казанской окружной лечебнице во имя Бо­жьей Матери Всех Скорбящих // Полное собрание законов Рос­сийской Империи. Собрание второе. — 1875. — Т. 1, № 2. — СПб., 1877. — С. 354-355.

12. Фрезе А. У. Первое десятилетие Казанской окружной лечеб­ницы во имя Божьей Матери Всех Скорбящих (1869-1879). — Ка­зань: Университетская типография, 1880. — 107 с.

13. Казанская окружная лечебница душевно-больных // Сбор­ник-отчет, составленный к Дрезденской выставке.

1911. — 223 с.

Казань,

14.Фрезе А. У. О деятельности Казанского окружного дома ума­лишенных в первые три года его существования // Сборник сочи­нений по судебной медицине, судебной психиатрии, медицинской полиции, общественной гигиене, эпидемиологии, медицинской географии и медицинской статистике. — 1873. — Т. 1. — С. 223-243.

15.Протокол заседания общества врачей г. Казани 30 июня 1870 г. № 7 // Протоколы общества врачей г. Казани. — Казань: Университетская типография, 1870.

16.Фрезе А. У. О предсказании в душевных болезнях // Изве­стия и ученые записки Императорского Казанского Университе­та. — 1875. — Т. XLII, № 5 (сентябрь, октябрь). — С. 733-793.

17.Менделевич Д. М., Созинов А. С. Казанский период деятель­ности профессора А. У. Фрезе (к 185-летию со дня рождения). [Электронный ресурс] // Медицинская психология в России: элек­трон. науч. журн. — 2011. — № 3. — URL: http:// medpsy. ru[дата обращения: 20.04.2019].

18. Корсаков С. С. Избранные произведения. — М., 1954. — С. 429-456, 589.

19.Национальный архив Республики Татарстан, ф. 326, оп. 1, д. 71, л. 24 об-25.

20. Брянцев В. А., Ковалевский П. И.. Александр Устинович Фре­зе, профессор психиатрии Казанского Университета и директор казанской окружной лечебницы во имя Божьей Матери Всех Скор­бящих // Архив психиатрии, нейрологии и судебной психопатоло­гии. — 1884.. — Т. III, № 2. — С. 1-2.

21.Протокол заседания общества врачей при Императорском Казанском Университете 27 февраля 1884 г. // Дневник Казанско­го общества врачей при Императорском Университете. — 1884. — Т. 8, № 15. — С. 193-197.

22. Вологин А. А. Тридцать послеоктябрьских лет работы Казан­ской психиатрической больницы. — Казань, 1947. — 43 с.

23.Рагозин Л. Ф. Обзор деятельности Казанской окружной ле­чебницы за 1884-1885 гг. (в таблицах). — СПб.: Типо-литография А. Ф. Перрот и Ко, 1887. — С. 3-13.

24. Курашов С. В. 70 лет Казанской психиатрической боль­ницы // Казанский медицинский журнал. — 1939. — № 11-12. — С. 108-110.

25.Хроника и смесь // Неврологический вестник. — 1896. — Т. IV, вып. 3. — С. 177.

26. Хроника и смесь // Обозрение психиатрии, невроло­гии и экспериментальной психологии. — 1896. — № 8 (август). — С. 730-731.

27. Хроника и смесь // Обозрение психиатрии, неврологии и экспериментальной психологии. — 1896. — № 12 (декабрь).

ОБЗОРЫ ЛИТЕРАТУРЫ

УДК 614.253

В. Д. МЕНДЕЛЕВИЧ

Казанский государственный медицинский университет МЗ РФ, г. Казань

antfiksa

Share
Published by
antfiksa

Recent Posts

ТЕРМИНЫ И ОПРЕДЕЛЕНИЯ

Внутрибольничные инфекции - это любое инфекционное заболевание (состояние), лечебно-профилактическом учреждении. Инфекция Считается Возникшее Внутрибольничной, если…

3 месяца ago

УРОВНИ ДОКАЗАТЕЛЬНОСТИ И ГРАДАЦИЯ РЕКОМЕНДАЦИЙ

Все требования, предъявляемые настоящими методическими рекомендациями, основаны на результатах научных исследований и Учитывают требования законодательства…

3 месяца ago

ЦЕЛЬ И ЗАДАЧИ ЭПИДЕМИОЛОГИЧЕСКОГО НАБЛЮДЕНИЯ

Целью ЭН Является сбор, описание и интерпретация данных, на основе которых можно выявить причины развития…

3 месяца ago

Сбор данных о знаменателях

Для корректного сопоставления данных, необходимо выбрать соответствующие знаменатели для расчета показателей. Существует строгое правило, согласно…

3 месяца ago

Стратификация показателей частоты ИСМП

Оценка инцидентности ИСМП и их сравнение между различными группами пациентов внутри стационара, во времени или…

3 месяца ago

ОСОБЕННОСТИ ЭПИДЕМИОЛОГИЧЕСКОГО НАБЛЮДЕНИЯ ЗА ИОХВ

ЭН за ИОХВ - систематический сбор информации о случаях ИОХВ и других исходах лечения хирургических…

3 месяца ago